Издания Курганской области / Военно-патриотические издания / России доблестные даты / Поляков из Москвы изгнали 

7 ноября - День освобождения Москвы силами народного ополчения под руководством Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского от польских интервентов (1612 год)


Теперь ли нам дремать в покое,
России верные сыны?!
Пойдем, сомкнемся в ратном строе,
Пойдем -и в ужасах войны Друзьям,
Отечеству, народу
Отыщем славу и свободу-
Федор Глинка


В российской истории часто, и до боли аналогично, повторяются события, которые уже происходили в русском государстве и, как видно, нас не учили уму - разуму. Действия антинациональных авантюристов-политиков не раз доводили нашу Родину до грани обнищания, унижения и отчаяния, и казалось, что выручить, спасти наш народ может только чудо. Но чудес на свете не бывает, а находились всегда и действовали решительно удивительные чудесные люди, патриоты Отечества, которые шли в народ и вместе с ним подымали с колен поруганное авантюристами и интервентами государство, возвращали ему былую честь и величие.

После царствования Ивана Грозного, присоединившего к Московии Казанское и Астраханское ханства, земли в Прибалтике, отличавшегося стратегической смелостью и решительностью в укреплении русского государства, наступили смутные времена. Присечение династии в истории монархической России всегда выливалось в большие народные беды, хотя подобные явления в других странах мира обходятся без особых потрясений и разрушений. Угаснет династия - выберут другую, и порядок быстро встает на место. У нас же...

Зарождение российских смут, как правило, возникает наверху. Стоящие у кормила власти люди, кто хитростью, кто силой, кто наглостью и вероломством стараются заполучить для себя власть или, поддерживая других в этом деле, урвать и соблюсти личную выгоду. Приходящие к власти всякий раз обещают, что их правление будет самым справедливым, с опорой на чаяния и думы народные. Сказать просто. Осуществить - трудно, а порой и невозможно. Если люди приходят к руководству бесталанные, серые.

На пороге семнадцатого века шла отчаянная борьба за московский престол. После Ивана Грозного Россией пытались управлять Борис Годунов, Лжедмитрий, Василий Шуйский... Последний изложил на бумаге свою клятвенную "Запись", положив на которую святой крест, целовал его на верность, что рядить да судить он будет "истинным праведным судом", по закону, а не по усмотрению, "обязуется непременно судить не единолично, а с боярами своими..." "Да и доносов ложных мне не слушать, а сыскать всякими сысками накрепко, и ставить с очей на очи...", а за ложный донос по сыску наказывать, смотря по вине, возведенной на оболганного. Без вины опалы своей ни на кого не класти..."

Боярскую думу это не удовлетворяло. Ведь до этого девизом царя Ивана Грозного было: "Жаловать своих холопий вольны мы и казнить их вольны же..." Клятвенно стряхивая с себя эти царские прерогативы, Василий Шуйский превращался из господаря холопов в правомерного царя подданных, правящего по закону.

Но летописец рассказывает, что царь Василий после целования креста тут же пошел в Успенский собор и говорил там народу: "Целую крест всей земле на то, что мне ни над кем не делали без собору, никакого дурна..." Этой клятвой Шуйский рассчитывал избавиться от боярской опеки, стать земским царем, для формы ограничив свою власть Собором - учреждением, сути которого в то время никто толком не понимал и не воспринимал.

Ослабление централизованной власти на Руси всегда приводило к разброду и шатанию в обществе, к лихоимству и воровству, самоуправству. Все это и началось после кончины Ивана Грозного. Вслед за верхами начали искать свою правду и выгоду и низшие сословия. Никто и никому не хотел подчиняться.

Уж так устроен мир, что только ленивый не постарается поживиться за счет ослабевшего соседа. У западных стран, при виде погрязшей в межусобицах Московии, алчной страстью наживы загорелись глаза. Вслед за провалившимися ставленниками Лжедмитрия польский король Сигизмунд III с помощью военной силы и предателей бояр на московский престол воцарил своего сына Владислава. В ночь на 21 сентября 1610 года польские войска вошли в Москву и обосновались в ее сердце - Кремле и Китай-городе. Вели себя здесь как полноправные хозяева, не считались не только с холопами, но и с боярской знатью. Шведский король Карл IX, под предлогом помощи России, ввел свои войска в Новгород, начал захват русских земель в Прибалтике.

Не о целостности и процветании Русского государства пеклись новоявленные "помощники и покровители". Польша стремилась присоединить к себе исконные русские земли аж вместе со Смоленском. Правда, его воевода Михаил Шеин собрал рать да Смоленск полякам не отдал. Захватчики вели себя нагло на русской земле, грабили, насильничали, обложили россиян непосильными поборами.

Освободительное движение, направленное против подчинения России польской королевской власти, началось в конце 1610 года, когда отношения между москвичами и поляками обострились. В Москве было введено осадное положение. Страх у польских шляхтичей вызвал наплыв русских людей в Москву, тайная доставка в столицу оружия, что говорило о подготовке народного восстания. Под руководством дворянина Прокофия Ляпунова начинает формироваться первое ополчение, которое нашло поддержку в стране. К общему движению присоединились Нижний Новгород, Муром, Суздаль, Владимир и другие города. Главной силой ополчения явились рязанцы и казацкие отряды князя Трубецкого и Заруцкого. Но они не смогли выработать единый план борьбы с интервентами.

Поляки в Москве чувствовали себя как на вулкане. Чтобы обезопасить себя, устроили резню в Китай-городе, где погибло более 7 тысяч безоружных москвичей, а после подожгли Москву в разных местах. Тщетно москвичи пытались помешать поджогам. Москва выгорела дотла. На месте богатого и многолюдного города осталось лишь пепелище. Весть о разорении Москвы разнеслась по всей стране.

В составе 1-го ополчения начались внутренние разногласия, которые привели в итоге к его распаду. Почти одновременно с этим произошло падение Смоленска. Положение в стране еще более ухудшилось.

В конце 1611 года Московское государство представляло зрелище полного видимого разрушения. Поляки взяли Смоленск. Польский отряд сжег Москву и укрепился за уцелевшими стенами Кремля и Китай-города. На смену убитому второму Лжедмитрию в Пскове обосновался третий - какой-то Сидорка. Первое дворянское ополчение со смертью Ляпунова расстроилось. Страна осталась без правительства. Боярская Дума, ставшая во главе его после подстрига в монахи Василия Шуйского, упразднилась сама собой после захвата Кремля поляками. Правда, кое-кто из бояр со своим председателем князем Мстиславским примкнул к полякам.

Государство, потеряв свой центр, стало распадаться на составные части, чуть не каждый город действовал особняком, только пересылаясь с другими городами. Государство преображалось в какую-то бесформенную, мятущуюся федерацию.

К концу 1611 года, когда в противоборствах изнемогали политические силы, начинают пробуждаться силы религиозные и национальные, видящие гибнущую Русь.

Из Троицкой обители архимандрит Дионисий и келарь Авраамий стали рассылать через православные храмы призывные грамоты народу с просьбой подыматься для спасения веры и Отечества. Опыт первого ополчения показал, что для освобождения страны от интервентов необходимо единение всех патриотических сил, их консолидация под единым знаменем.

Почин в этом благородном деле освобождения родины от польской шляхты принадлежит посадским людям Нижнего Новгорода. Под руководством их старосты Кузьмы Минина стало собираться второе русское ополчение осенью 1611 года, когда Кузьма Минин был выбран земским старостой в Нижнем Новгороде. Создание нового ополчения было официально провозглашено в торжественной обстановке в соборе Спаса Преображения. С речью выступил протопоп Савва, а затем к собравшемуся народу обратился Кузьма Минин. Призывая своих сограждан подняться против интервентов, Минин говорил: "Ведь я хорошо знаю, что если начнем это дело, многие города нам помогут. Не пощадите себя и жен и детей своих, а не только своего имущества."

Мужественный и благородный призыв Кузьмы Минина был широко поддержан. По словам современника-летописца, "полюбился всем совет его."

В ходе формирования ополчения возник важный вопрос о военном руководстве. Нужен был особый полководец и в то же время такой человек, который ставил бы интересы родины выше своих собственных. Минин нашел и вождя патриотического движения, князя Дмитрия Михайловича Пожарского. Основной целью второго нарождавшегося ополчения было освобождение Москвы от захватчиков и изгнание интервентов с русской земли. Начались сборы средств на содержание войска, его вооружение. Многие люди отдавали последнее. Месяца четыре ополчение формировалось, а потом двинулось к Москве, пополняясь по пути толпами добровольцев, служивых людей, просивших принять их на земское жалование.

Под Москвой ополчение по советам и переговорам Минина слилось с казацким отрядом князя Трубецкого. Это усилило его боеспособность.

В июле 1612 года до ополченцев дошла весть, что Сигизмунд готовит на Москву 12-тысячное войско под командованием Яна Кароля Ходкевича. Король дал ему несколько отрядов пехоты, участвовавших ранее в боях за Смоленск. Ходкевич направился в поход на подмогу ляхам, засевшим в Кремле и Китай-городе.

Дмитрий Пожарский понимал, что соединения польских сил нельзя допустить. Поэтому он отправил к Москве отряд князя В.Тургенева, который должен был встать у Чертольских ворот столицы. Главные силы ополченцев встали у Арбатских ворот. Путь отрядам Ходкевича к Китай-городу и Кремлю был прикрыт.

Силы Ходкевича и его огромный обоз подошли к русской столице и начали переправу через Москва-реку, но были отбиты. На следующее утро поляки решили прорваться снова к Москве-реке со стороны Донского монастыря через Замоскворечье, но казацкие отряды поджидали их на улице Пятницкой близ церкви святого Климента. В завязавшейся схватке казаки не только разгромили польских захватчиков, но и отбили у них более четырехсот подвод с провиантом и оружием. Разгоряченные удачей казаки хотели преследовать уцелевшие польские силы, отступающие к Воробьевым горам, да их удержали воеводы, сказав: "Довольно, казаки! Двух радостей в один день не бывает! Как бы после радости да горюшка не отведать". В борьбе с Ходкевичем отличился и сам Кузьма Минин. Он взял четыре роты и удачно атаковал силы Ходкевича. После этих неудач гетману пришлось отойти от Москвы.

После этого ополченцы обступили Китай-город, выкопали глубокий ров, заплели плетень в две стены, насыпали между ними землю, установили пушки и начали обстрел засевших там ляхов.

15 сентября Дмитрий Пожарский послал полякам письменное предложение о сдаче в плен: "... Вы пропадете скоро с голоду. Королю вашему не до вас теперь... Не губите напрасно душ своих за неправду короля. Сдавайтесь!"

Но командовавший осажденными поляками лихой воин Николай Струев ответил на предложение о сдаче в плен непристойной бранью.

А пророчества Пожарского сбылись. Осажденные голодные поляки не только съели своих коней, но переловили и поели всех собак и кошек.

22 октября русские ополченцы атаковали осажденных. Голодные поляки не могли устоять, отступили и заперлись в Кремле, но не надолго. Через два дня они прислали парламентеров с просьбой о капитуляции.

25 октября русские ополченцы вступили в Кремль. В Успенском соборе был отслужен торжественный молебен об избавлении от неприятеля царствующего града.

Поляки еще пытались удержаться на русской земле, но, воодушевленные успехами, ополченцы всюду гнали интервентов восвояси.

Русский народ высоко оценил патриотическую и организаторскую инициативу Минина и Пожарского по изгнанию с русской земли польских интервентов и при их жизни воздавал патриотам Отечества хвалу и честь.

В 1804 году начались работы по увековечению памяти в победе 1612 года. В феврале 1818 года благодарные потомки открыли в Москве на Красной площади первый монументальный памятник - памятник освободителям Отечества Минину и Пожарскому. Интересно то, что работы над его созданием не прекращались даже во время Отечественной войны с Наполеоном.

За успешное сооружение монумента его автора Ивана Петровича Мартоса пожаловали чином действительного статского советника с назначением высокой персональной пенсии, а литейного мастера Екимова наградили орденом Анны 2-й степени и премировали 20000 рублями.

И стоило! У каждого из нас и сегодня этот памятник вызывает высокие патриотические чувства за народ российский и дорогое наше Отечество.


Владимир Ушаков