Издания Курганской области / Военно-патриотические издания / России доблестные даты / Первая победа на море 

9 августа - День первой в российской истории морской победы русского флота под командованием Петра I над шведами у мыса Гангут (1714 год).


Пусть слово в слово входит круто,
Пусть будут камнями слова
Пусть слава русского Гангута
Вовек останется жива.
Михаил Дудин

Шел 1714 год. Уже без малого 15 лет длилась изнурительная для России Северная война. Позади были и позорное поражение русских войск под Нарвой в 1700 году, заставившее царя Петра I срочно создавать новую регулярную армию, и славная победа русского оружия под Полтавой в 1709 году, показавшая мощь обновленной России и положившая конец шведской гегемонии в Центральной Европе. Однако, даже потеряв 30-тысячную сухопутную армию, шведский король Карл XII не терял надежды выиграть эту войну.

Для того, чтобы сокрушить Швецию, России нужно было завладеть Балтийским морем, которое сами шведы называли не иначе как "Шведское озеро", стремясь подчеркнуть тем господство здесь своего морского флота. К решению этой стратегической задачи Россия готовилась давно. Сама Северная война была начата русскими с целью отвоевания выхода к Балтике. И хотя русским войскам удалось постепенно занять весь восточный берег Балтийского моря, говорить о достижении контроля над всей Балтикой было еще рано. Для господства на Балтике был необходим мощный военный флот, а его создание было делом нелегким.

Впервые широкое строительство военных судов Петром I было предпринято в Воронеже, после неудачного похода на турецкую крепость Азов летом 1695 года. Тогда, в течение нескольких месяцев, было построено два 36-пушечных корабля "Апостол Петр" и "Апостол Павел", 23 галеры и более тысячи стругов. Эта разношерстная флотилия, во главе с первым русским адмиралом, другом и сподвижником Петра - Францем Яковлевичем Лефортом, участвовала во втором Азовском походе и, блокировав крепость с моря, заставила ее гарнизон сдаться. Это случилось 19 июля 1696 года.

А 20 октября того же года Боярская Дума, обсудив результаты Азовских походов, постановила: "Морским судам быть!", санкционировав тем самым создание военно-морского флота России. Однако необходимых для этого средств государственная казна не имела. Выход был найден в организации "кумпанов" - объединений дворян, монастырей и купечества для финансирования строительства боевых кораблей.

Для руководства строительством в 1697 году в Воронеже было учреждено первое адмиралтейство, во главе которого встал будущий генерал-адмирал флота Федор Матвеевич Апраксин. К весне 1698 года было построено 52 корабля, составивших основу Азовского флота.

А год спустя у военно-морского флота России появился и свой флаг. Описание его было сделано Петром I: "Белый флаг, через который синий крест святого Андрея, того ради, что от сего апостола приняла Россия крещение." Царь Петр полагал, что этот символ придаст морскому воинству государства российского небесное покровительство, мужество и духовную крепость.

Но флоту были необходимы не только корабли, но и специалисты. Поэтому Петр I отправляет в 1697 году 35 молодых дворян в составе "Великого посольства" для учебы в Голландии и Англии морскому делу, в числе которых едет и сам под именем бомбардира Петра Михайлова. Позднее, в 1701 году, в Москве была открыта школа математических и навигационных наук, ставшая первым в России военно-морским учебным заведением.

К сожалению, Азовскому флоту не привелось добыть тогда себе славы в успешных морских операциях, а Балтийскому флоту еще только предстояло родиться.

В ходе Северной войны, в мае 1702 года в устье реки Сясь, впадающей в Ладожское озеро, была основана кораблестроительная верфь. Здесь были заложены первые суда, предназначенные для будущих боевых действий за отвоевание Балтийского моря. Единственным путем к Балтийскому морю у россиян была река Нева, соединяющая Ладожское озеро с Финским заливом, но вход в нее со стороны Ладоги грозно прикрывался шведской крепостью Нотербург. Эта мощная крепость, с многочисленной артиллерией, располагаясь на острове, расположенном при впадении Невы в озеро, и представляла собой крепкий орешек. Кстати, до того, как ею овладели шведы, она так и называлась - Орешек.

Петр I, во главе 14 полков, прибыл под стены крепости осенью 1702 года. Шведы отказались капитулировать перед россиянами. Тогда крепость подверглась двухнедельной бомбардировке, а 11 октября последовал решительный штурм. Русские войска, под сильным неприятельским огнем, переправились на лодках на остров и, взобравшись на стены с помощью осадных лестниц, после кровопролитного 12-часового боя овладели крепостью. Памятуя древнее русское название крепости, Петр I торжествующе произнес: "Правда, что зело жесток сей орех был, однако, слава Богу, счастливо разгрызен."

Впоследствии Нотербург был переименован Петром в Шлиссельбург (Ключ-город), что должно было означать не только важность его стратегического положения, но и напоминать о том, что именно взятие Нотербурга стало первым шагом к отвоеванию выхода к Балтике.

Следующим шагом к достижению этой цели стало овладение устьем Невы весной 1703 года. 30 апреля, после артиллерийского обстрела, сдалась другая шведская крепость - Ниешанц, находившаяся при впадении в Неву реки Охты. Первое морское сражение в Северной войне произошло 7 мая. Накануне два шведских корабля из эскадры адмирала Нумерса, не подозревая о падении Ниеншанца, вошли в устье Невы. Петр решил, используя утренний туман, неожиданно атаковать их на речных лодках и взять на абордаж. Этот смелый план царь блестяще реализовал. 30 обычных рыбачьих лодок с воинами гвардейских Преображенского и Семеновского полков, под командованием самого Петра и его ближайшего соратника - князя Александра Даниловича Меншикова, в ожесточенной схватке захватили этих два шведских боевых корабля. Причем из 77 человек команды этих судов в живых осталось только 19. В честь этой невероятной и блистательной победы Петр приказал выбить памятную медаль с надписью: "Небываемое бывает!" Ей были награждены все участники этой отчаянной операции. Сам же Петр и князь Александр Меншиков получили, в награду за личную храбрость, ордена Святого Андрея Первозванного - высшую награду Российской империи.

Если завладеть устьем Невы удалось довольно легко, то удержать его в своих руках было гораздо труднее. Шведская крепость Ниеншанц была слабо укреплена, да и находилась далековато от устья Невы. Поэтому, для защиты с моря, на острове Заячий, расположенном в устье реки, 16 мая 1703 года была заложена новая крепость, названная в честь святых апостолов Петра и Павла - Петропавловской. Она-то и положила начало будущей столице Российской империи - городу Санкт-Петербургу.

В 1704 году на острове Котлин, расположенном в Финском заливе напротив устья Невы, началось строительство морской крепости Кроншлот (будущий Кронштадт). Она должна была прикрывать подходы к Санкт-Петербургу, а впоследствии стала главной военно-морской базой России на Балтике. В 1705 году в еще строящемся городе была основана большая кораблестроительная верфь для Балтийского флота и создано новое адмиралтейство. Строительство нового флота приобрело широкий размах.

Это не могло не беспокоить Швецию. Для того, чтобы уничтожить зарождающийся русский флот и его главную военно-морскую базу, Карл XII летом 1705 года направил к устью Невы эскадру под командованием адмирала Анкерштерна в составе 7 линейных кораблей, 6 фрегатов и 8 вспомогательных судов с десантом на борту. Однако русским уже было что противопоставить натиску противника.

Дорогу к Санкт-Петербургу шведам преградил отряд русских кораблей под флагом вице-адмирала К.И.Крюйса (8 фрегатов*, 5 шняв**, 2 брандера*** и несколько гребных судов), который заблаговременно занял позицию у острова Котлин и, опираясь на поддержку его береговых батарей, с 4 по 10 июня отражал неоднократные попытки противника высадить десант на остров Котлин или прорваться к Санкт-Петербургу.

Последняя попытка шведов захватить Котлин была предпринята через месяц - 14 июля. Шведам удалось, подавив огонь наших батарей и кораблей, высадить на остров десант численностью 1600 человек. Яростный рукопашный бой продолжался несколько часов. Шведы потеряли 560 человек убитыми и 114 ранеными, после чего бесславно вернулись на свои суда и ушли, как говорится, "не солоно хлебавши". Так, благодаря стойкости и отваге простых теперь безвестных русских моряков и солдат был спасен молодой Балтийский флот и новая столица русского государства.

После провала операции по захвату Санкт-Петербурга и Кроншлота Швеция больше не решалась вести активных боевых действий на море. Ее флот использовался лишь для поддержки сухопутных сил, транспортных перевозок и охраны своих морских берегов. Но и русский флот еще не был готов к наступательным морским операциям. Основную его силу тогда составляли легкие гребные суда - галеры и скампавеи*, предназначенные для действий в прибрежных водах, да несколько фрегатов. Строительство же крупных линейных кораблей только еще начиналось. Однако и без того обременительная для экономики России война затягивалась. Для ее скорейшего завершения были необходимы активные действия на море.

Обстановка заставляла русских быть более решительными в своих действиях. Весной 1713 года 16-тысячная русская армия высадилась в Финляндии и овладела Гельсингфорсом (Хельсинки), Борго (Порво) и Або (Турку). Теперь русские войска отделял от территории Швеции только Ботнический залив. Петр I задумывает переправить свою армию с финского берега на Алданские острова, расположенные как раз в центре залива, а оттуда уже высадиться в Швецию. Но для этого нужно было подтянуть сюда достаточные силы и иметь под рукой большое количество переправочных средств.

В июле 1714 года из Санкт-Петербурга вышла флотилия русских гребных судов в составе 99 галер и скампавеи с 15 тысячами солдат на борту. Она направлялась к западному побережью Финляндии, к крепости Або, которая служила местом сосредоточения русских войск перед броском на Алданский архипелаг. Но у мыса Гангут, на южной оконечности полуострова Гангут (Ханко), путь русским судам преградил шведский флот под командованием адмирала Ватранга. В его состав входило 15 линейных кораблей, 3 фрегата и отряд гребных судов. По количеству артиллерии шведский флот значительно превосходил русские силы.

Петр I, лично возглавлявший эту морскую операцию, приказал строить через узкий перешеек полуострова деревянный настил - переволоку, чтобы перетащить галеры по суше и миновать шведский заслон. Узнав об этом, Ватранг разделил свои силы и направил 1 фрегат, 6 галер и 3 шкербота*, под началом контр-адмирала Эреншильда в шхеры, расположенные севернее полуострова, к месту спуска русских галер на воду. Другой отряд, состоящий из 8 линейных и 2-х бомбических кораблей**, во главе в контр-адмиралом Лилье, был направлен к месту стоянки русской флотилии, чтобы помешать вытаскивать галеры на берег.

Но на беду шведов, на море наступил полный штиль. Шведские парусники встали неподвижно.

Воспользовавшись безветрием и распылением сил противника, Петр I решил круто изменить свои планы. Ранним утром 26 июля (6 августа по новому стилю) передовой отряд русских, состоящий из 20 скампавей, под началом капитана-командора Матия Христофоровича Змаевича обошел шведов морем на веслах и, обогнув мыс, блокировал в шхерах отряд судов Эреншильда. Ватранг, чтобы преградить путь остальным русским силам, приказал отбуксировать корабли с помощью шлюпок в море, одновременно отозвав обратно отряд Лилье. Утром следующего дня оставшиеся русские суда, под началом генерала-адмирала Федора Михайловича Апраксина, прошли по мелководью между берегом и шведской эскадрой и направилась на помощь отряду Змаевича. Таким образом суда Эреншильда оказались полностью отрезаны от основных сил и практически лишены помощи Ватранга.

Знаменитое гангутское сражение началось в середине дня 27 июля. Ему предшествовало предложение о сдаче. Когда его отклонили, на корабле адмирала Апраксина был поднят синий флаг, а затем раздался пушечный выстрел. Это были сигналы атаки.

Авангард русского флота под командованием шаутбейнахта Петра Михайлова атаковал не всю шведскую эскадру, а блокированный отряд контр-адмирала Эреншильда, состоящий из фрегата "Элефант" и девяти более мелких кораблей. Шведы располагали мощной артиллерией (116 пушек против 23), но это нисколько не смутило Петра. Два часа шведам удавалось отбивать натиск русских, но затем атаковавшие взяли корабли на абордаж и сцепились с неприятелем врукопашную. "Воистину, - вспоминал об этом сражении Петр, - нельзя описать мужество наших, как начальных, так и рядовых, понеже аборди-рованье так жестоко чинено, что от неприятельских пушек несколько солдат не ядрами, но духом пороховым от пушек разорваны". Эреншильд пытался сбежать на лодке, но был захвачен в плен. "Правда, - писал Петр Екатерине, - как у нас в сию войну, так и у алиртов (то есть союзников) с Францией много не только генералов, но и фельдмаршалов брано, а флагмана ни единого".

Кровопролитное сражение закончилось полной победой русского флота. Шведы потеряли в этом сражении более 700 человек убитыми, 230 моряков сдались в плен. Наши потери составили 469 человек. Все корабли Эреншильда стали трофеями русских. Штиль помешал шведской эскадре оказать помощь терпящему поражение отряду контр-адмирала Эреншильда. Успех русского флота привел в ужас шведский двор: он начал эвакуироваться из столицы. Царь сравнивал морскую победу у Гангута с Полтавской викторией.

За морским сражением, принесшим славу русскому флоту, следовали две церемонии. 9 сентября население Петербурга торжественно встречало победителей. В Неву вошли украшенные флагами три русские галеры. За ними следовали захваченные шведские корабли. Затем показалась командирская галера шаутбейнахта Петра Михайлова. Процессию замыкали две галеры с солдатами. Парад был продолжен на суше: победители несли знамена и прочие трофеи. Среди пленных находился и Эреншильд. Шествие замыкали батальоны Преображенского полка во главе с Петром. Победители прошли через триумфальную арку, на которой красовались замысловатые изображения. Одно из них выглядело так: орел сидел на спине слона. Надпись гласила: "Русский Орел мух не ловит". Смысл иронической надписи станет понятным, если вспомним, что захваченный фрегат назывался "Элефант" (слон).

Продолжение церемонии происходило в Сенате. В окружении сенаторов в роскошном кресле восседал "князь-кесарь" Ромодановский. Шаутбейнахт Петр Михайлов испросил разрешения войти в зал, чтобы отдать рапорт и рекомендательное письмо генерал-адмирала Апраксина о своей службе. Бумаги зачитали вслух, и "князю-кесарю", не отличавшемуся красноречием, сценарий отвел немногословную роль: задав несколько малозначительных вопросов, он произнес: "Здравствуй, вице-адмирал!" Так царь получил чин вице-адмирала. С этого времени он стал расписываться за получение 2240 рублей годового жалованья.

Русские опять удивили все европейские страны! Хитроумно спланировать и разгромить крупный военный флот с помощью одних только гребных судов еще никому не удавалось. После такого поражения шведский флот не смог препятствовать высадке русских войск на Алданских островах, откуда они в течение всего завершающего этапа войны наносили ощутимые удары по побережью Швеции. Петр приравнял победу при Гангуте к славной Полтавской победе и приказал отчеканить золотую и серебряную наградные медали с изображением своего портрета с одной стороны, сцены сражения с другой. Надпись на медали гласила: "Прилежание и верность превосходит сильно. Июля 27 дня 1714" Этой медалью были награждены 144 офицера и 2813 солдат и унтер-офицеров, непосредственно принимавших участие в этой морской баталии.

Победа при Гангуте вошла в историю российского флота как первая крупная морская победа, положившая начало разгрому Швеции на море. Знаменателен тот факт, что именно в шестую годовщину Гангутской победы - 27 июля 1720 года русский флот одержал свою вторую крупную морскую победу у острова Гренгам, ставшую решающим сражением Северной войны и положившую конец шведскому господству на Балтике.

После блестящих побед при Гангуте в 1714 году и при Гренгаме - в 1720 году европейские государства как бы проснулись от спячки и обнаружили на востоке могучее государство - Россию с первоклассным военным флотом. Было от чего призадуматься и Англии, и Голландии, и Франции.

Россия гением Петра I, его сподвижников, отечественных и зарубежных мастеров создала могучий флот. К концу царствования Петра I он имел в своем составе: 34 линейных корабля, 9 фрегатов, 17 галер, 26 кораблей других типов. В его рядах было до 30 тысяч человек, а на счету ряд блистательных побед.

Царь Петр I был уже признанным военным мореходом. Летом 1716 года на Балтийском море состоялись маневры, в которых приняли участие 84 военных корабля. Над 21 из них развевались российские флаги. Чести командовать объединенной эскадрой из кораблей Англии, Голландии, Дании и кораблями России был удостоен Петр I. Он записал в своем дневнике: "Такой чести повелевать флотами чужестранных народов и своим вместе едва ли кто на свете удостаивался. Я с удовольствием вспоминаю доверенность тех держав".

Николай Колесников

К морю


Я заветной иду стороною,
Там, где море простором манит,
Там, где ветер в обнимку с волною
Налетает на древний гранит.
Там иду, где знаком каждый камень,
Где прибой богатырский могуч,
В небе месяц уперся рогами
В золотую громадину туч,..
Море! Вспомним под гул твой и плеск твой
Нашу дружбу от первого дня.
Я тебя понимал с полуплеска,
Как и ты с полуслова меня.
Ты терзало меня и ласкало;
Без тебя б мир был скучен и тих,
Мне бы ветры на стонущих фалах
Не сыграли мелодий таких.
Я не знал бы ни цену свиданий,
Ни солености девичьих слез,
И матроса высокое званье
Не сумел бы осмыслить всерьез...
...Ты, что в мире не сыщешь красивей,
Не сули мне затишья минут,
Бейся вечно о берег России,
Где орлы да матросы живут!

Иван Ягав