Издания Курганской области / Военно-патриотические издания / России доблестные даты / Подвиг на Бородинском поле 

8 сентября - День Бородинского сражения русской армии под командованием М.И. Кутузова с французской армией (1812 год).


Кто вам опишет эту сечу,
Тот гром орудия, стон долин?
Со всей Европой эту встречу
Мог русский выдержать один!

. . Но год двенадцатый не сказки,
И запад видел не во сне,
Как двадцати народов каски
Валялись на Бородине. . .
Федор Глинка


Так уж распорядилась жизнь, что России на протяжении всей ее истории приходится бороться с иноземными захватчиками за существование, отстаивать свою независимость Достойное выполнение воинского долга, стойкость, умение побеждать и умирать в строю, если это необходимо ради интересов России, стало неотъемлемой частью характера многих поколений россиян Лев Николаевич Толстой подметил основу мужества русских людей "В русском, настоящем русском солдате никогда не заметите хвастовства, ухарства, желания отуманиться, разгорячиться во время опасности напротив, скромность, простота и способность видеть в опасности совсем другое, чем опасность, составляют отличительные черты его характера."

Понимание своей ответственности за судьбу Отечества всегда было присуще всему российскому народу. Любое нападение на Россию вызывало ответную реакцию россиян. Именно в чувстве ответственности за страну кроется феномен народных ополчений, не раз решавших, быть России как самостоятельному государству или нет. Народное ополчение 1612 года, по сути, спасло Россию от порабощения. А через 200 лет - в Отечественную войну 1812 года - развернувшаяся широкая партизанская война способствовала разгрому Наполеона. Мощный патриотический подъем, единый порыв народа в стремлении отстоять независимость страны сливался с действиями армии, обеспечивая общий успех. Героический Смоленск к 1812 году не забыл традиций предков, защищавших город от поляков в Смутное время 1609-1611 годов. Смоляне, узнав, что армия Багратиона оставляет город, поджигали свои дома со всем имуществом, толпами уходили в сторону Москвы вместе с армией или расходились по окрестным деревням, разнося "горящие угли" народной войны. Понятие "массовый героизм" в условиях народной войны стал нормой жизни, олицетворяя собой несгибаемую решимость отстоять независимость страны.

Духовные силы России всегда были связаны со следующими обстоятельствами. Исторически Россия формировалась как многонациональное государство, объединяя в своих границах множество народов, имеющих свои культуры, верования и традиции. Но характерной особенностью России, в отличие от других многонациональных империй, было отсутствие у русского народа своего комплекса "народа-господина" по отношению к людям других национальностей. Поэтому нельзя даже думать, что Россия была мачехой для нерусских народов. Если в 1612 году по призыву православного казанского митрополита татары (мусульмане) и марийцы (язычники) вливались в ополчение Минина и Пожарского и шли спасать Москву и Россию, то и в 1812 году татарская, башкирская и калмыцкая конница вновь участвовала в спасении Москвы вместе с русскими. Герой войны 1812 года князь Багратион, будучи потомком грузинских царей, никогда не отделял свою любовь к Грузии от любви к России как общему Отечеству. Он не стремился стать русским, он оставался грузином, но и им овладело мощное патриотическое чувство, которым был охвачен весь русский народ.

Поэтому можно с полным правом говорить о процессе межнационального, межкультурного синтеза, обмене ценностей культур в рамках Российской империи. И в этом не было ничего противоестественного, ведь длительное сосуществование народов неизбежно этому способствовало. Поэтому одним из источников внутренней силы России была национальная терпимость народов, ее населяющих, и, прежде всего, русского народа.

Русский патриотизм, отличающийся безусловной верностью государству, по нашему мнению, стал результатом особого морально-политического, нравственного и религиозного воспитания россиян. Государство всегда искало поддержку у церкви, а церковь у государства. В сознании народа монарх являлся "помазанником Божиим", которому Бог дал право управлять рабами его в земной жизни. Поэтому религиозное чувство народа сливалось с патриотическим, и защита государства ассоциировалась и с защитой веры.

Когда шла подготовка русской армии к Бородинскому сражению, моральный дух войск, по мнению солдат, поддерживал чудотворный образ иконы Смоленской Богоматери, вывезенный солдатами из Смоленска и с тех пор находившийся при армии. Верили, что Богоматерь придает защитникам Москвы и России сил в борьбе с коварным противником. Поэтому религиозное мироощущение народа, воспитанного на традициях православия, не стоит недооценивать как фактор, в немалой степени способствовавший росту патриотических настроений.

Таким образом, духовная и нравственная сила России базировалась на патриотизме народа, его верности своей вере и государству, Отечеству, интернационализме, национальной терпимости, героизме и мужестве людей, убежденных в правоте своего дела и готовых ради спасения России отдать свою жизнь. "Загадка русской души" в том и состоит, что россияне ощущают национальное единство своей страны, всегда готовы прийти ей на помощь.

Немецкий канцлер Бисмарк как-то предостерег сторонников нападения на Россию: "Об этом можно было бы спорить в том случае, если бы такая война действительно могла привести к тому, что Россия была бы разгромлена. Но подобный результат даже и после самых блестящих побед лежит вне всякого вероятия. Даже самый благоприятный исход войны никогда не приведет к разложению основной силы России, которая зиждется на миллионах собственно русских. . . Эти последние, даже если их расчленить международными трактатами, также быстро вновь соединятся друг с другом, как частицы разрезаемого кусочка ртути. Это неразрушимое государство русской нации. . ." Именно осознание россиянами себя как частичек единой державы и обусловило специфику русского национального характера, жертвенного по сути и помогающего народу перенести все тяготы ради одной цели - благополучия Отечества.

Эти черты национального характера в полной мере отразились в том беспримерном мужестве и героизме, которые были проявлены защитниками Отечества на Бородинском поле. Бородинское сражение стало одним из самых героических и драматических моментов истории нашей страны, поскольку в нем решалась судьба Москвы и России. Важность этой битвы в полной мере осознавалась противоборствующими сторонами. В письме к графу Ростопчину Кутузов сообщает, что "не решен еще вопрос, что важнее - потерять ли армию или потерять Москву. По моему мнению, с потерей Москвы соединена потеря России." Поэтому для Кутузова защита Москвы представлялась необходимой при любых обстоятельствах.

Известна и фраза Наполеона: "Если я возьму Киев, я возьму Россию за ноги, если я овладею Петербургом, я возьму ее за голову, заняв Москву, я поражу ее в сердце. . ." За этими словами Наполеона скрывалась его цель в едином генеральном сражении разгромить русскую армию, чего ему не удавалось с самого начала войны по причине умелого отступления русской армии в глубь страны.

Почему же Москве придавалось такое большое значение? Дело в том, что для россиян "белокаменная" и златоглавая Москва была не только древней столицей, но и символом веры, величия и независимости. Именно Москве выпала роль в сложнейших исторических условиях стать центром объединения русских земель, которое привело к созданию централизованного государства. Наполеон прекрасно понимал, что сердцем страны и народного духа была Москва "со своими старинными церквами, с росписями, с иконостасным богатством, со старинными библиотеками с манускриптами, летописями, книгами, со своей живописью и произведениями декоративного и прикладного искусства, со своими легендами, сказаниями, преданиями, молвой, духом, со своим материальным богатством, со своими старинными ансамблями, со своими названиями и признаками и со всем прочим, чего нельзя было измерить ни гирями, ни аршинами, ни золотниками, ни штуками, но что составляло и составляет душу и сердце всякого русского и что так до слез было и есть дорого ему, и не только ему, но и не так давно обрусевшему инородцу. . . Все народы России видели в ней свою матушку. . .

Наполеону гораздо удобнее было взять Петербург и навязать кабальный для России мир, но этим не достигалась бы тайная цель его похода . . , вот почему он пошел на Москву . . . , которую мечтал уничтожить, а кремль взорвать, чтобы не осталось и памяти о русской государственности, символом которой был Кремль, как не осталось бы свидетеля бесконечных поражений международного зла, пытавшегося "раздавить" Русь во все времена, проламывая ее рубежи то с Востока, то с Запада, то аварами, то печенегами, то монголами, то поляками, то шведами, а то и французами, с двадцатью при них нациями. . .

Поэтому для Наполеона "поразить" Россию в сердце" означало сломить гордый дух народа, сломить сопротивление, которое оказывалось завоевателям всем народом с момента начала Отечественной войны, а добившись этого, заставить покориться.

Наполеон за два года до нападения на Россию по книгам изучал историю России, чтобы понять русских, их национальный характер, и понял, что для россиян значит Москва.

Защитить Москву - значило и всю Россию. Патриотический подъем накануне Бородинской битвы охватил все слои русского общества, широкие массы крестьян, дворянское сословие, что убедительно показал великий Александр Пушкин в небольшой повести "Рославлев". Для Багратиона, Раевского, Платова, Коновницына и всей плеяды блестящих генералов - патриотов Родины, выдвинувшихся в Отечественную войну, главным образом было осознание того, что в службе России - честь, что помимо славы и наград есть нечто большее, а именно, любовь к своей стране, что великое счастье состоит в том, чтобы отдать России свои силы, энергию, а если понадобится, и жизнь, ради благополучия Отечества. Честь и патриотизм -это те силы, которые заставляют человека идти вперед, к победе, несмотря на все преграды.

По словам академика Евгения Тарле, "во всемирной истории очень мало битв, которые могли бы быть сопоставлены с Бородинским боем и по неслыханному до той поры кровопролитию, и по ожесточенности, и по огромным последствиям."

Русская армия накануне Бородинского сражения составляла около 112 тысяч человек при 640 орудиях, а армия Наполеона -130 тысяч человек и 587 орудий. Численное превосходство французов в известной мере сглаживалось превосходством русских в артиллерии.

Перед началом сражения Наполеон произнес речь, воодушевляя своих солдат надеждами на победу, занятие Москвы, богатую добычу, хорошие квартиры, славный мир и на скорое возвращение во Францию. Князь Кутузов тоже объехал войска и говорил с солдатами просто, языком, доходящим до глубины души, напоминая, что они будут защищать землю родную, должны служить верой и правдой России до последней капли крови.

С пяти часов утра самый яростный бой завязался на левом фланге русской армии, где у деревни Семеновской стоял Багратион. Наполеон направил сюда огромные силы - войска Даву, Мюрата и Нея, которому был подчинен корпус генерала Жюно. Французы выдвинули против Багратионовых флешей 150 орудий и начали обстрел. После длительной артиллерийской подготовки Ней, Даву и Мюрат с огромными силами (один Мюрат бросил на флеши три кавалерийских корпуса) обрушились на левый фланг русской армии. Натиск был столь силен, что дивизия генерала Воронцова была истреблена почти полностью, но не сдвинулась с места.

Затем французы налетели на дивизию Неверовского. Она сопротивлялась отчаянно и батальоны Неверовского не раз бросались в штыковой бой против громадной массы французов. Несмотря на неравенство в силах, французам долго не удавалось сломить левый фланг - русские стояли насмерть. Погибая тысячами, они сдерживали атаки, нанося врагу чувствительные потери. Наполеон, видя это, направил на Багратионовы флеши 400 орудий, т.е. больше двух третей всей своей артиллерии. Велено было идти на общий штурм флешей.

Закипел кровопролитнейший бой. В нем смертельное ранение получил генерал Багратион. О его мужестве написал очевидец Федор Глинка: "Лицо, осмугленное порохом, бледно, но спокойно. Ему хочется разгадать судьбу сражения. . ." Весть о смерти Багратиона разнеслась по левому флангу. Его, раненого, унесли в самый критический момент битвы. "Душа как будто отлетела от всего левого фланга после гибели этого человека," - говорили очевидцы. Наполеон, неся огромные потери, не хотел отступать, твердо решив прорвать русское построение слева, а потом направить все усилия на центр. В конце концов левый фланг был сломлен. Сломлен, но не отступил. Те 400 орудии, которые громили флеши, Наполеон повернул в сторону батареи Раевского, расположенной в центре позиций. Раненые солдаты до последней возможности терпели муки и не уходили из строя, не слушали офицеров, которые отправляли их в лазарет. И командный состав ничуть не уступал солдатам в этот день.

Принц Евгений Вюртембергский, находившийся в русской армии в день Бородина, передает поразивший его случай: генерал Милорадович приказал своему адъютанту Бибикову отыскать в разгаре битвы Евгения Вюртембергского и передать, чтобы Евгений ехал к Милорадовичу. Но артиллерийский грохот был ужасающий, не то что ружейный, пушечный выстрел не был слышен в оглушительном громе сражения.

Бибиков не мог прокричать Евгению то, что было велено, и он поднял руку, показывая, где находился Милорадович. В этот момент ядро оторвало у него руку. Бибиков, падая с лошади, поднял другую" руку и показал снова, куда только что показывал.

Борьба разгорелась за батарею Раевского, стоявшей между правым и левым флангом. Генерал Бонаши штурмом овладел батареей, но был тут же выбит русскими. Батарея много раз переходила из рук в руки. Начальник штаба 6-го корпуса Монахтин получил две раны штыком и успел еще крикнуть солдатам перед очередным натиском французов, указывая на батарею: "Ребята, представьте себе, что это - Россия, и отстаивайте ее грудью!" Генерал Ермолов выбил дивизию Брусье с батареи Раевского и от подступов к ней. Но Наполеон приказал во что бы то ни стало вновь захватить батарею. Страшный артиллерийский огонь косил русские войска. Ядра рыли землю, сметая людей, лошадей, орудия. Разрывные гранаты выбивали до десятка человек каждая. А одновременно уже не только с бывших Багратионовых флешей, но и с правого фланга французская артиллерия била по батарее Раевского и по отходившим от нее русским войскам.

Никогда до этого дня русские солдаты и командный состав не проявляли такого пренебрежения к опасности и смерти. Барклай де Толли поехал вперед, к месту, где страшнее всего был огонь, и остановился там. Солдаты бросились вперед, не ожидая приказа командующего. Из старинных документов известно, что и наши земляки принимали участие в этом сражении.

В 1812 году из села Першинского Шадринского уезда, например, были призваны в солдаты Зырянов Матвей, Казаков Матвей, Кокорин Михаил, Мальцев Сергей, Пауесовы Емельян и Тихон, Помазкин Савва, Шадрин Михаил, Ярушников Ефим. Они были зачислены в состав Екатеринбургского полка, который входил в 4-ый пехотный корпус первой армии, командовал которой Барклай де Толли. Никто из них не вернулся с той кровавой битвы.

Стремление Наполеона расстроить артиллерийским огнем ряды русской армии и обратить ее в бегство не удалось. Русские отодвигались в полном порядке. Сразу после отбития налета Платова и Уварова Наполеон велел вице-королю Евгению Богарне и части кавалерии Мюрата любой ценой взять батарею Раевского. Последовала атака, встреченная отчаянным сопротивлением русских. Раненые солдаты не уходили из строя, ожесточение с обеих сторон было неистовое.

В начале четвертого часа русские защитники батареи на три четверти были разбиты. Батарея осталась за французами. Но русские не покинули поля боя. Основанная на показаниях солдат и офицеров "История лейб-гвардии Московского полка" говорит следующее: "Трудно себе представить ожесточение обеих сторон в Бородинском сражении. Многие из сражавшихся побросали свое оружие, сцеплялись друг с другом, раздирали друг другу рты, душили один другого в тесных объятиях и вместе падали мертвыми. Кавалерия скакала по трупам, как по бревенчатой мостовой. Многие батальоны так перемешались между собой, что в общей свалке нельзя было различить неприятеля от своих. Чугун и железо отказывались служить мщению людей; раскаленные пушки не могли выдерживать действия пороха и лопались с треском, поражая заряжавших их артиллеристов; ядра, с визгом ударяясь о землю, выбрасывали вверх кусты и взрывали поля, как плугом. Пороховые, ящики взлетали на воздух. Крики командиров и вопли отчаяния на десяти разных языках заглушались пальбой и барабанным боем. Более нежели из тысячи пушек с обеих сторон сверкало пламя и гремел оглушительный гром, от которого дрожала земля на несколько верст. Батареи и укрепления переходили из рук в руки.

Ужасное зрелище представляло поле битвы. Над левым крылом нашей армии висло густое черное облако от дыма, смешавшегося с парами крови, оно совершенно затмило свет. Солнце покрылось кровавой пеленой, перед центром пылало Бородино, облитое огнем, а правый фланг был ярко освещен лучами солнца. В одно и то же время взорам представлялись день, вечер и ночь."

До вечера с обеих сторон гремела артиллерия и продолжалось кровопролитие. "Что русские?" - спросил Наполеон. -"Стоят на месте, ваше величество." - "Усильте огонь, им, значит, еще хочется, - распорядился император. - Дайте им еще!"

К концу дня Наполеон стал угрюм и неразговорчив. Ни взятие флешей, ни батареи Раевского не могло развеять его мрачного настроения. Он видел, что обратить русских в бегство не удалось, они продолжают стоять, отбивая яростные атаки французов.

Русские своей стойкостью, мужеством и героизмом поражали французов. "Они не испускали ни одного стона, - пишет граф Сюгер, входивший в свиту Наполеона, - может быть, вдали от своих они меньше рассчитывали на милосердие. Но истинно то, что они оказались более твердыми в перенесении боли, чем французы."

Сам Наполеон, незадолго до своей смерти на острове Святой Елены, признался, что "самое страшное из всех моих сражений - это то, которое я дал под Москвой. Французы в нем показали себя достойными одержать победу, а русские оказались достойными быть непобедимыми."

Наполеону, несмотря на те тяжкие потери, которые понесла русская армия - 58 тысяч человек убитых и тяжелораненых, не удалось сломить дух защитников Отечества. Русская армия осталась на поле битвы, тогда как Наполеон отвел свои войска на прежние позиции. По неписаным правилам войны того времени армия, первой покинувшая поле сражения, считалась побежденной.

О поражении русской армии заговорили только после оставления Москвы. Историк Тарле, несмотря на это, заметил, что "Наполеон уничтожил в этом бою почти половину русской армии и спустя несколько дней вошел в Москву, и, несмотря на это, он не только не сломил дух уцелевшей части русского войска, но не устрашил и русского народа, который именно после Бородина и после гибели Москвы усилил яростное сопротивление неприятелю".

Русская армия отступала от Бородинского поля в полном порядке и ни тени упадка не было в войсках. Наоборот, ненависть и жажда мщения были господствующим настроением, которое стало еще сильнее, чем до Бородина.

Лев Толстой в своей эпопее "Война и мир" говорит о том, что Бородино оказалось в конечном итоге великой моральной победой русского народа: "Бородинское сражение было первое, которого не выиграл Наполеон. . . Не один Наполеон испытывал то похожее на сновидение чувство, что страшный размах руки падает бессильно, но все генералы, все участвовавшие и не участвовавшие солдаты французской армии, после всех опытов прежних сражений (где после вдесятеро меньших усилий неприятель бежал), испытывали одинаковое чувство ужаса перед тем врагом, который, потеряв половину войска, стоял так же грозно в конце, как и в начале сражения. Нравственная сила французской, атакующей армии была истощена. Французское нашествие, как разъяренный зверь, получивший в своем разбеге смертельную рану, чувствовало свою гибель: но оно не могло остановиться, так же как и не могло не отклониться вдвое слабейшее русское войско. После данного толчка французское войско могло докатиться до Москвы, но там без новых усилий со стороны русского войска, оно должно было погибнуть, истекая кровью от смертельной, нанесенной при Бородине раны.

Прямым следствием Бородинского сражения было. . . бегство Наполеона из Москвы, возвращение по старой Смоленской дороге, погибель . . . нашествия и погибель наполеоновской Франции, на которую в первый раз под Бородиным была наложена рука сильнейшего духом противника".

Рассуждая о Бородинском сражении и Отечественной войне 1812 года в целом, невозможно обойти вопрос о роли масс и отдельной великой личности в истории, каковой, вне всякого сомнения, являлся Михаил Илларионович Кутузов. Его величие видится нам, во-первых, полководческим дарованием, во-вторых, качествами сильного государственного деятеля и, в-третьих, тем, что в войне 1812 года Кутузов выступает как общенациональный лидер, за которым идут армия и народ в целом.

Русский народ выдвинул из своей среды немало великих полководцев, вошедших в историю России как национальные герои, и среди них генерал-фельдмаршал Кутузов. По словам Виссариона Белинского, "этот человек есть не частое явление, а один из выразителей нравственного могущества своего народа, не Михаил и не Ларионович, а просто Кутузов - имя символическое, из собственного сделавшееся нарицательным."

С особой силой военное дарование Кутузова проявилось в ходе Отечественной войны 1812 года. Приняв армию в самый сложный момент войны, Кутузову удалось развить русское военное искусство, добиться крупных успехов, главным из которых стал разгром Великой армии Наполеона. По мнению английского военного историка Роджера Паркинсона, Кутузов -легендарный национальный герой России, обладавший уникальными способностями, что выражалось в избрании им таких стратегических концепций во время войны, которые завершались эффективными и катастрофическими для противника ударами. "Наполеон, - по словам Паркинсона, - не мог соперничать с Кутузовым в стратегическом предвидении и при претворении в практику своих стратегических концепций. Никто другой не сыграл большей роли в крушении Наполеона, чем Кутузов."

Как полководец, Кутузов проявил себя в Бородинском сражении и Отечественной войне в целом, как искусный тактик и стратег, мастер неожиданных, нестандартных ходов, человек большой силы воли, непоколебимый в своих решениях, осмотрительный, осторожный, спокойный, но в нужный момент решительный. Эти его качества, превосходное знание войск и всех деталей военного дела оказались решающим фактором успеха борьбы русской армии с Наполеоном.

Если Наполеон в ходе войны придерживался тактики "единого генерального сражения", в котором одерживается победа над противником и тем самым достигается победа и в войне, то Кутузов выдвинул концепцию системы сражений. По его мнению, в новых исторических условиях войну нельзя выиграть одним генеральным сражением Эта мысль и легла в основу стратегического замысла Кутузова.

Не случайно после битвы Наполеон сказал: "Из пятидесяти сражений мною данных, в битве под Москвой выказано наиболее доблести и одержан наименьший успех." Наполеон, обладая численным превосходством, не смог одержать победу, а это свидетельствовало о несостоятельности наполеоновской стратегии "единого генерального сражения", заняв после Бородина Москву, Наполеон войну не выиграл, тогда как русское военное искусство, одним из лучших выразителей которого стал Кутузов, опираясь на учет множества долговременных факторов войны, предполагало сочетание всех возможных ресурсов ее ведения системно.

Разгром Великой армии на просторах России показал тактическую и стратегическую победу Кутузова над Наполеоном.

Величие Кутузова как Гражданина и патриота состоит в том, что он, став лидером общенационального масштаба, возглавившим борьбу с нашествием, верил в силы народа, его мужество и патриотизм, верил, что армия и народ перенесут все тяготы, которые выпадут на их долю ради победы над врагом и независимости Отечества: "Я счастлив, предводительствуя русским! Но какой полководец не поражал врагов, подобно мне, с сим мужественным народом! Благодарите бога, что вы русские; гордитесь сим преимуществом и знайте, - чтоб быть храбрым и быть победителем, довольно быть только русским."

Будучи глубоко русским человеком, мысля не догматически, Кутузов как никто другой понял справедливый, освободительный и всенародный характер Отечественной войны. Поэтому он всемерно содействовал развертыванию ополчений, партизанского движения, что не укладывалось ни в какие схемы европейских военных теоретиков и полководцев.

Как талантливый стратег, Кутузов умело использовал в борьбе с Наполеоном силы народа. Не случайно поэтому французский император в одном из посланий Александру I жаловался, что русские воюют "не по правилам". Результатом такой "неправильной" войны стало то, что, говоря словами Льва Толстого, "дубина народной войны поднялась со всею своею грозною и величественною силою и, не спрашивая ничьих вкусов и правил, с глупою простотой, но с целесообразностью, не разбирая ничего, поднималась, опускалась и гвоздила французов до тех пор, пока не погибло все нашествие."

Высоко оценивая патриотизм армии и народа в Отечественной войне, Кутузов писал: "Если Россы всегда будут сражаться за веру своих прародителей и честь народную, то Слава будет вечным их спутником, и горе злодею, покусившемуся на хранимую Богом святую Русь." Отмечая храбрость и героизм русских воинов, проявленный в Бородинском сражении, Кутузов писал: "Не пройдут и не умолкнут содеянные, . . . громкие дела и подвиги ваши: потомство сохранит их в памяти своей. Вы кровию своею спасли Отечество . . ."

Народ и армия платили Кутузову ответной любовью. Единение полководца со своим народом, военный гений Кутузова в соединении с героизмом россиян и стали главными факторами победы над Наполеоном. Величие Кутузова как полководца и государственного деятеля, верящего в народ и победу, в наибольшей степени проявилось 13 сентября на заседании Военного совета в Филях. Не спросив согласия Александра I, Кутузов взял на себя всю полноту ответственности за оставление Москвы. Такое решение свидетельствует о проявлении Кутузовым гражданского мужества, вполне сопоставимого с его победами на полях сражений, и одновременно о даре предвидения Кутузова, который понял, что оставлением Москвы война еще не проиграна, и что бесчинства французов в Москве будут способствовать только усилению патриотического подъема. Конечно, оставление Москвы далось Кутузову нелегко. Оно стало для него тяжелым моральным выбором, результатом мучительных размышлений: "Тягостно мне было оставлять Москву, но и дать сражение находил я, в случае неудачи, неразлучным, может быть, с окончанием кампании, - почему предпочел оставить ее. . ." Реалистично оценив потери русской армии в Бородинском сражении, Кутузов принял единственно верное решение: ценой оставления Москвы спасти оставшуюся часть русской армии. Несмотря на этот тяжелый, но вынужденный шаг, русская армия, по словам Е.В. Тарле, ". . . не чувствовала и не признавала себя побежденной, как не чувствовал и не признавал этого и ее полководец. Он видел то, чего никакие Винценгероде, Клаузевицы и Жомини видеть и понять не могли: Бородино окажется в конечном счете великой русской победой. Не чувствовал себя побежденным и русский народ, в его памяти Бородино осталось не как поражение, а как доказательство, что он и в прошлом умел отстоять свою национальную независимость от самых страшных нападений, умеет это делать в настоящем и сумеет это сделать и в будущем."

И действительно, побежденным бывает только тот, кто чувствует и признает себя побежденным. Кутузов себя таковым не чувствовал. За заслуги, оказанные им Отечеству, его имя сопоставимо с именем князя Пожарского, а за военное дарование и победы на полях сражений - с именем его учителя Суворова. Поэтому роль в истории отдельной выдающейся личности в переломные моменты бывает более значительной, чем принято думать, что прекрасно видно на примере деятельности генерал-фельдмаршала Кутузова.

Французский историк М. Блок в книге "Аналогия истории или ремесло историка" сформулировал очень интересную, на наш взгляд, идею об органической взаимообусловленности и взаимозависимости прошлого людей, общества, страны с их настоящим и будущем. Опираясь на эту идею, можно с полным основанием говорить о том, что слава Кутузова, его полководческое искусство выдержали испытание временем и даже более того - получили развитие в веке двадцатом, в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 годов и в послевоенное время. В исторической науке дана высокая оценка заслуг Кутузова перед Россией и ее народом, а также примененного им стратегического опыта организации и ведения активной обороны, имевшей огромное значение в условиях начального этапа Великой Отечественной войны, крайне неблагоприятного для Красной Армии.

Многие положения военной науки, высказанные великим полководцем, не потеряли своей актуальности. Преемственность в области военного искусства не в виде механического перенесения военного наследия Кутузова в рамки современных условий, не в конкретно-исторических формах, а в принципах, методах действий, которые непрерывно совершенствуются. То, что через целое столетие стратегические и тактические принципы Кутузова применялись в более масштабных и грандиозных, чем прежде, сражениях Великой Отечественной войны - свидетельство их большой практической ценности.

В истории нашей страны немало героических страниц, свидетельствующих о мужестве защитников Отечества. Во все времена различного рода агрессоры, посягавшие на свободу и независимость России, наталкивались на силу народного духа и патриотизма и в конечном итоге всегда оказывались побежденными.

Волею судьбы Бородинское поле через сто тридцать лет, в годы Великой Отечественной войны еще раз стало свидетелем и участником смертельной схватки россиян с очередным, крайне жестоким и сильным агрессором - фашистскими захватчиками. Интересно, что в ней приняли участие вместе с немцами подразделения французов. Немецкий маршал фон Блок обратился к ним перед сражением на Бородино со словами: "Солдаты Франции, вместе с нашими победоносными войсками вы войдете в Москву и повторите подвиг своих предков." Об одном забыл сказать незадачливый маршал, что поход Наполеона в Россию закончился взятием русскими Парижа. История повторилась. Советские солдаты водрузили знамя Победы над Берлином.

Сражаться на Бородинском поле выпала судьба сибирякам.

Великая Отечественная война подтвердила победную и тактическую преемственность стратегии Кутузова. И поле славы наших предков доказало, что для россиян оно значит куда больше, чем просто географическое название. Командиры и бойцы 32-ой сибирской стрелковой дивизии полковника В.И. Полосухина, сражавшиеся на знаменитом поле, сумели вписать новые страницы в героическую летопись российской истории, они ощущали незримую духовную связь с защитниками Отечества 1812 года.

Известный советский военачальник генерал армии Дмитрий Лелюшенко, командовавший в 1941 году 5-й армией, чьи позиции проходили через Бородинское поле, писал в своих воспоминаниях: "Да, война теперь не та, что раньше: 1941-й год не 1812-й. Но неизменными остались мужество, выдержка, верность своему делу. И солдат наш был в этом смысле достойным наследником тех гренадеров, которые удивили своей стойкостью Европу."

Советское Верховное Главнокомандование при разработке крупнейших операций Великой Отечественной войны присваивало им кодовые названия по имени великих русских полководцев: "Румянцев", "Кутузов", "Багратион". Указом Президиума Верховного Совета СССР в июле 1942 года был учрежден военный орден Кутузова двух степеней, которым награждались генералы и офицеры Советской Армии за тщательно разработанные и проведенные операции с нанесением тяжелых потерь противнику и сохранением боеспособности своих войск.

Обращаясь к воинам, выбившим противника из города Бунцлау, командующий 3-й гвардейской танковой армией Павел Рыбалко говорил: "Мы с вами идем дорогами ратной славы наших предков. Вдумайтесь в это, друзья! Как сто тридцать лет назад шумят русские знамена в центре Европы. Мы пронесли их на Герлиц, Дрезден, Лейпциг, Берлин. Пронесли как символ свободы, по которой истосковались народы всей Европы. Будем же достойны своей великой исторической миссии, правнуки Кутузова".

Ощущать себя гражданином страны, в которой живешь, - это значит чувствовать свою сопричастность к великим свершениям и героическим подвигам нашего народа, гордиться своей страной и ее историей. В настоящее время жизненно необходимо пробуждение национального самосознания, одним из средств для чего и выступает изучение истории Отечества, ее героических страниц, национальной культуры. Знание истории своей страны - это тот фундамент, на котором должно базироваться формирование личности каждого россиянина. У народа, не знающего своей истории и предавшего забвению истоки своей духовной сущности, нет будущего. Народ жив только тогда, когда через память людей ощущает свою связь с прошлым, с предыдущими поколениями соотечественников. Главное в наше время - сохранить наш национальный характер, не забыть свое прошлое, его героические страницы.


Роман Царев

Поле русской славы


Медленно и бережно ступая,
Мы идем под небом голубым,
в полевых ромашках утопая,
вежливо дорогу уступая
синим колокольчикам степным.
Любо здесь увидеть стаи птичьи
и не видеть дым пороховой
Вот оно во всем своем величье,
поле нашей славы боевой.
Вот оно простерлось перед нами.
Встань к нему, родимому, лицом,
полюбуйся пышными цветами,
политыми кровью и свинцом
Все, что было выжжено и смято,
заново оделось в зеленя
Но хранит земля торжественно и свято
страшный стон железа и огня
Кажется, пригнись к земле холодной,
чутким ухом ближе припади, -
и услышишь звук трубы походной
у пригорка тихого в груди.
Это здесь, под хмурым небом бранным,
шел земляк на смертный бой с врагом,
пробивая путь четырехгранным,
кованым, карающим штыком.
Это здесь, в неистовом разгоне
на роскошных седлах расписных
в бой несли каурой масти кони
забубённых всадников донских.
Это здесь, на голубом просторе,
на виду у меркнущей зари
разливали огненное море
яростные наши пушкари.
Это здесь, на этом самом месте,
не ходивший к страху на поклон,
испытав всю жгучесть нашей мести,
содрогнулся сам Наполеон.
Поле брани! Поле русской славы!
Это здесь, черней горелых пней,
полегли фашистские оравы
под огнем советских батарей.
Русский воин! Разве ты в неволе
может быть, пока ты сердцем жив?
Разве ты минуешь это поле,
гордой головы не обнажив?
Разве вдохновенно и сурово
слово клятвы вслух не повторишь?
Разве боевое это слово
в славные дела не воплотишь?
Где б ты ни был, честный русский воин,
помни: о тебе гремит молва.
Будь всегда носить в крови достоин
гневный жар великого родства.
Бейся в схватках равных и неравных
до конца! Плати врагу сполна!
Помни, что ты правнук и праправнук
доблестных солдат Бородина.

Сергей Васильев